Vinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo SliderVinaora Nivo Slider

Меню

Поиск

Вход на сайт

Вход через

 

Комментарии

canadian cialis;cialis generic pharmacy

Не последний герой Константиновки

   Пленные японцы, участие в сопротивлении, жизнь во время оккупации, освобождение города - эти и другие интересные факты от участника событий и очевидца. 
 
   Чем дольше человек живёт, тем чаще оглядывается назад, вспоминает своё прошлое, тянет к родным местам. Так случилось и с Владимиром Анатольевичем Белицким. Проживая долгое время в Днепропетровске он, не смотря на дающие о себе знать годы, решил приехать Константиновку, где прошли его детство и юность. При этом он посетил и краеведческий музей, где за чашкой чая рассказал много интересного. 
 
Оккупация
 
   В 1942 году мне было 11 лет. Наша семья проживала в доме по ул. Красной. Выживали как могли. Мать периодически уходила в направлении Гришино (сейчас Красноармейск) менять вещи на продукты. Был небольшой огород, на котором мы выращивали кукурузу. При отступлении осенью 1941 года горели склады зерна около железнодорожной станции. Люди, в том числе и мы, тушили, брали зерно, высушивали и использовали в еду, несмотря на то, что ощущался сильный неприятный запах горелого.
   Зима 1941-42 гг. выдалась холодной, снега выпало много. В кожевенном заводе брали солидол, ним попили печь и жарили картошку. Помню, около нашего дома стояла немецкая грузовая машина. Большая, гораздо больше полуторки. Так она всё время тарахтела (стояла с включённым двигателем), чтобы солярка не замерзала. 
   Город часто бомбили. Как-то возле нашего дома упала бомба, выбила окна, двери. На столе стоял металлический кофейник. Так вот он остался стоять на месте, но был весь изрешечён осколками. В то время у нас были расквартированы три немца, которые собрались и ушли - холодно. Меня мать отправила к деду на Червоный. 
   Во время одного из налётов на нашей улице убило немца. Лошади оторвало ногу - так её почти моментально растащили на мясо. Неподалёку от нас в доме бывшего директора завода «Металсырьё» (сейчас «Вторчермет») находился штаб одной из немецких частей, стоявшей в парке металлургов. Во время бомбардировки штабные работники прятались в устроенный во дворе блиндаж.
   Наш дом находился возле одной из главных дорог. Иногда по ней следовали под конвоем колонны советских военнопленных. Я был свидетелем одного трагического случая. Колонна шла в направлении ж/д вокзала. Женщина бросила картошку одному из пленных солдат, а охранник застрелил его в висок. 
 
Юный подпольщик
 
   "Я как мог помогал подпольщикам, – вспоминает Владимир Анатольевич, -Мне давали различные мелкие поручения, понятно, что с учётом возраста. Расклеивал листовки. Передавал данные и получал задания от таких же как я подростков. Фамилий и прочего, естественно, мы не знали. Поэтому официального статуса подпольщика не получил". 
   По данным исследователей В.П. Бондаря и Б.Н. Донцова, собравших в своей книге много ценных сведений, в период оккупации в городе действовали несколько отдельных подпольных групп. В них входило много молодёжи, основная их деятельность заключалась в расклеивании листовок, добывание различным путём информации. «Больше всего горожане видели и читали листовки, написанные печатными буквами на страничках школьных тетрадей разборчивым ученическим почерком. Их расклеивали на видных местах, подбрасывали во дворы и огороды. Листовки почти всегда наполнены радостными вестями: поражение немцев под Москвой, окружение под Сталинградом, победа на Курской дуге». 
   Часто задания Владимира заключались в подсчёте проходящих через город эшелонов, техники и машин. Один из пиков немецкой активности пришёлся на весну 1943 года, немцы готовили реванш за Сталинград. Согласно сведениям указанных ранее исследователей, цели немцев константиновцам конечно не были известны, но горожане видели, как почти ежедневно по железной дороге следовали воинские эшелоны, с войсками, боеприпасами, какими-то махинами тщательно прикрытыми брезентом (позже узнали, что это были танки «Тигр» и «Пантера», самоходные орудия «Фердинанд». Через город на север перебрасывались свежие воинские части, шли колонны машин.
 
 
Жаркий сентябрь 43-го
 
   Владимир Анатольевич хорошо помнит своё  последнее задание. Накануне освобождения города 6 сентября 1943 г. немцами были расклеены объявления по городу, где всем жителям сообщалось о том, что необходимо эвакуироваться на левобережье. "Я срывал такие объявления и расклеивал другие, точно содержания уже не вспомнить, но общий смысл был не верить фашистской пропаганде. Объявление развешивал после комендантского часа (после 18.00), необходимо было соблюдать большую осторожность. Если бы немцы поймали, то могли и расстрелять. Вскоре на правобережье немцы начали поджигать дома. Этим занимались люди с бляхами на груди и с бутылями горючей жидкости". 
   Уничтожение городского коммунального имущества и личного имущества граждан производила команда ортскомендатуры по приказу коменданта города. Большие здания взрывали, остальные поджигали. Поджоги начались 5 сентября, для этого использовалась смесь машинного масла с бензином. Ранее, 2 сентября, комендант города издал приказ об эвакуации. 
   По мнению Владимира Анатольевича, поджоги принесли бы гораздо больше вреда, если бы не начавшейся в это время дождь. Жителям, которые послушались немцев и отошли на левобережье, тоже пришлось трудно. "Обстоятельства мне не известны, помню только, что эта часть города подверглась удару авиации". 
   Во время выполнения своего последнего задания Владимир Анатольевич получил ранение осколком в ногу. И длительное время лечился. 
 
После войны
 
   После войны жизнь стала понемногу налаживаться, - продолжает В. Белицкий, - Хорошо помню, что заводы восстановили достаточно быстро. Отца комиссовали по ранению и он устроился агентом по снабжению в заводе «Автостекло». Как-то выдавали американские продукты - тушёнку, шоколад.
   В городе легковых автомобилей тогда ездило совсем мало. Поэтому запомнился такой случай. Один из директоров завода первым получил машину «Москвич» (в январе 1947 года в серию вышли легковые автомобили «Москвич-400»). Причин я не знаю, но вскоре машина упала с моста в реку Кривой Торец. Из американских машин (завезённые в СССР по ленд-лизу) были грузовые «Студебекер», «Виллис». 
   Из развлечений были кино и театр. Восстановили здание бывшего так называемого «белого» магазина и открыли в нём кинотеатр. Восстановили дворец культуры металлургов, туда часто приезжал театр оперетты. Я любил их слушать и старался при случае туда попасть. 
   Много из моих сверстников и юношей постарше погибли. Они собирали металлом находили патроны, снаряды, мины и те взрывались от неосторожного обращения с ними. Как-то одного парня разорвало буквально на куски, а его друг успел спрятаться и получил осколок в ногу, которая единственная выглядывала из-за стены. Война напоминала о себе.
 
Японские военнопленные
 
   Беседа уже подходила к концу, когда неожиданно на вопрос о немецких военнопленных был получен ответ: «Таких не видел. А вот японских - да». Широко известны факты пребывания в Константиновке после войны интернированных немцев. А вот о пленных японцах в истории города упоминается впервые и является важным открытием. 
   В целом, сама тема японских пленных в Донецкой области была поднята относительно недавно. Ещё лет 5-7 назад было принято считать, что после капитуляции Японии дальше Колымы их не этапировали. Однако, как выяснилось, в Донбасс, где не хватало рабочих рук, японцев направляли на восстановление металлургической промышленности и машиностроения. 
   В Константиновке подданые Страны восходящего солнца жили, как вспоминает гость, в бараках выше колонии Фрунзе. В 1945-46 гг. он видел, как группу примерно из 50 человек водили под конвоем (где-то четверо военных) работать на завод «Металсырьё» (интернированные немцы работали рядом - на металлургическом заводе им. Фрунзе). Одеты японцы были в свою изрядно поизносившуюся военную форму: шинели, фуражки. К началу 50-х годах, согласно постановлению советского правительства, всех японцев вернули на их родину.
   В Донецкой области один из лагерей военнопленных японцев располагался в соседней Дружковке. Авторы книги «Японская «подводная лодка» в степях Украины» утверждают, что самое большое из известных захоронений японских военнопленных в Украине исследователи нашли здесь - 110 человек. Останки перезахоронены в общую могилу у Кургана памяти жертвам войны. Сюда в прошлом году приезжала почтить память официальная японская делегация.  
    Мы просим откликнуться тех, кто что-то знает о пребывании японцев в нашем городе. 
  С Владимиром Анатольевичем беседовали сотрудники музея Р. Карпова, Л. Болотина и А. Новосельский.
 
   P.S. Сколько ещё открытий ждут своего часа, сколько ещё людей не рассказали свои истории. И мы верим, что герой этого очерка не последний. 
 
 
Новосельский А. Не последний герой Константиновки // Знамя индустрии, 2012
 
 
 
 

Комментарии   

 
+1 #2 Виталий Рогов 31.03.2017 19:27
Абсолютно согласен с предыдущим комментатором. Написано безумно интересно и информативно, знаете, как книгу любимую открыл, то же ощущение. Интересно знать такие факты, радуйте нас ими побольше, пожалуйста. Я думаю, многие согласятся со мной здесь. Видно, что Вы хотите делится с людьми действительно стоящим контентом на сайте, очень порадовали, спасибо.
 
 
+22 #1 Сергей 05.05.2014 17:50
Очень интересная статья! Приятно и неожиданно то, что в Константиновке есть специалисты по истории города. Информация действительно интересная, читается легко.
 

Приглашаем зарегистрироваться и оставить комментарии




Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
Константиновский городской краеведческий музей Copyright © 2014
Все права защищены. Копирование материалов с указанием автора и активной ссылкой на сайт
Перепечатка материалов сайта без указания авторства строго воспрещается.